Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

thought

GIRONE II

Прищурив третий глаз, внимает нам Никто,
Кивает иногда согласно головами,
А в синей пустоте, простершейся под нами,
Все вносит в протокол прилежный конь в пальто.

Мы это ты, истец, и я, за все ответчик,
Преставлен дабы быть судимым без пристраст,
Здесь круг второй, и мне оправдываться нечем,
Бесстрастное Ничто разглядывает нас.

Я был. Я преступал. Я говорил. Я трогал.
Томился. Любовался. Гладил. Целовал.
Потом привычно лгал. Молился на дорогу
И тщетно от судьбы простых ответов ждал.

Зачем и отчего опять не понимая,
Я признаю себя виновным, ваша честь.
Отвлекся, не успел свернуть на выход к раю.
Все верно. Я согласен. Так и есть.
thought

МОЙ ДРУГ БЕССОННИЦА

Бессонница, мой еженощный друг,
Не уходи, приляг со мною рядом,
Как я, в проём окна упершись взглядом,
Следи, как тени движутся вокруг.

Не выключай мне ночь, пускай луна
Ведёт цепочку жёлтых фонарей
Пустыми переулками над морем,
Ныряя в редких облаков фантом.
Пусть за луной плывёт в туман мой дом,
Не ведая уныния и горя,
И пусть койоты воют за окном.

Дрожание струны моей внутри
Раскрасит комнату багровым светом.
Куда б там ни летела в ночь планета,
Не бойся.
Ничего не говори,
Пока неспешной осени пора
Не возвестит пришествия утра
И не сотрёт колючих звёзд следы
С мерцающей поверхности воды.
thought

РАЗГОВОР

— Я учусь умирать, - он сказал, -
Каждый день понемножку,
Минут двадцать утром,
Когда нужно вставать,
Потом перед сном
Подолгу гляжу в одну точку,
Обрываю одну за другой
Наличные связи,
Учусь не чувствовать боли.

Я растерянно слушаю,
Не находя нужных слов,
Наконец, сглотнув слюну,
Говорю:
— Для чего?
Разве этому нужно учиться?
Вот уж когда можно быть беззаботным.

— Нет, если просто так умереть,
Можно снова наделать ошибок.
Я всю жизнь ошибался,
Потом стократ приходилось платить.
Смерть - дело серьезное, серьезнее жизни.
Жизнь коротка, зато смерть навсегда,
Пожалеешь времени на подготовку -
Потом будешь вечно жалеть.

— Ты обрел религию, что ли?
Ударился в готику?
Но для них символы смерти -
Игра, не требующая
Культуры и знаний.

— Культура, - сказал он, -
И есть тот самый груз,
Который с себя нужно сбросить,
Чтоб не чувствовать боли.
И жалость. И память.
Ощущение времени.
Интерес к тому,
Что было вчера.
И что будет завтра.
Разучиться понимать
Причины и следствия,
И то, о чем все вокруг говорят.
Тогда останется
Всего один легкий шаг,
Невесомый
Неслышный
Неощутимый.
thought

ЛИГУРИЯ

Июнь, Вернацца. Бархатная ночь
Простёрла крылья над уютной бухтой,
И диск луны, как лимончелло, мутной,
Торопит облака убраться прочь.

Стихает город, окна гаснут, бриз
Прохладой веет над резной калиткой,
И тень твоя изысканностью гибкой
Чернеет на тропе, ведущей вниз.

Контрастный профиль женщины в саду
Под серебристой лунною дорожкой.
Давай безмолвно посидим немножко,
Не говори, мол, поздно, я пойду.

Я до утра с тобой молчать готов,
Внимать пророчеству ночной цикады,
Далёкой благости колоколов
И аромату звёзд над летним садом.

Прикосновенье вечности - лишь миг,
Не упусти его, лови мгновенье.
Нет смерти. Есть лишь тёмных волн биенье
Да рядом этот вот седой старик.
thought

Я БЫЛ

Зачем люди фотографируют сами себя?
Для чего художник пишет автопортрет?
Что мы ожидаем увидеть, взглянув на себя со стороны?
Что хотели бы спрятать от остальных?

Я раньше верил, что selfie для женщины
Есть способ сообщить Адаму, Парису и прочим,
Что ей хочется яблока сегодня на ужин.
Теперь понимаю, что ничего не знаю о женщинах.

Зато мужчины просты и понятны.
Нам надо знать, что маска плотно прилегает к лицу,
А подлость, страх, неуверенность или глупость
Случайно не лезут наружу из-за ушей.

Юноше к лицу намёк на плетору гормонов,
Зрелому мужу идёт маска самоуверенной силы,
Старцу - символы мудрости: благообразная седина и морщины,
Философу не обойтись без имитации мысли и тайного знания,
Атеисту нужно убедиться в отсутствии образа и подобия,
Путешественник метит собою ландшафты, соборы, скульптуры,
Глупец тешится тем, что в сомбреро похож на latinos.

Но это не главное. Главное - selfie удостоверяет,
Что ты действительно был: вот он - нос, подбородок, глаза.
Всё моё. Единственный документ, которому хочется верить.
Кроме него, жизнь не оставит других доказательств.

thought

VANITATE

солёный бриз
ворвавшийся в залив
принёс с лугов прибрежных
цветочный аромат
он растрепал берёзе крону
раскачал
верхушки пальм
но не нашёл
людей собак и птиц
даже шмелей
куда-то всё исчезло

пустынны улицы
бульдозеры
дома
застыли в белом свете дня
как декорации
необъяснённой драмы
нет криков детворы
и чаек
и шуршанья шин
на выжженном асфальте

пустота
но лампы фонарей
питаемые соком солнца
горят у входа в дверь
куда уже никто не постучит
да и зачем стучать
коль некому открыть

лишь тень
безумного слепого старика
тень фотокамеры
и тень его собаки
вершат привычно утренний обход
да тишина звенит
над мёртвою водой









thought

ИЗ ЧЕГО СОСТОИТ СТАРОСТЬ

Из чего состоит старость?
Из болей в суставах и бессмысленных визитов к врачам,
Из мечущихся стрелок часов, безнаказанно тратящих время,
Из потерь - наглые белки жрут молодые побеги салата,
Из выцветших фотографий людей, которых давно уже нет,
Из безделушек, пылящихся по углам старого дома,
Купленных в странах у моря, в жаркий полдень, после купанья,
Или обросших ракушками обломков, найденных женщиной на берегу,
Из музыки, бывшей когда-то живой, а теперь консервированной
И хранящейся под стеклом в безумном чреве UTube'а,
Из снов об играющих в зелёной воде солнечных бликах,
Из книг, которые больше никто не читает,
Из звонков твоих внуков, обещающих, деда, я скоро приеду,
Из забот о приёме лекарств, ты всегда о них забываешь,
Из света и тени в синий час, когда солнце встаёт на востоке,
Или из зыбких очертаний золочёных заходом солнца предметов,
А между этими двумя часами, всё что слепит, исчезает бесследно,
Как - спасибо за то Мирозданью - исчезает вся грязь,
Вся подлянка, что тобою и ими оставлена для других поколений...
thought

ВАЖНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

Настоящее имя Доктора Зюсса, любимейшего автора книжек американской ребятни, - Theodor Geisel. Живи он сегодня - справлял бы свой 117-й день рождения.


И именно сегодняшний день был выбран, чтобы объявить о том, что отныне шесть его книг больше не будут переиздаваться.

Список подверженных остракизму книг возглавляет "And I Think That I Saw It on Mulberry Street", впервые изданная в 1937 году и первая из подписанных авторским именем Dr Seuss. Следующие пять жертв:

"If I Ran the Zoo"
"McElligot's Pool"
"On Beyond Zebra!"
"Scrambled Eggs Super!"
"The Cat's Quizzer"

Объявленная причина табу - "they portray people in ways that are hurtful and wrong" - картинки, сопровождающие любимые детишками книги, признаны расистскими. Нет-нет, не правительством признаны, нет нужды собираться на демонстрацию в поддержку Первой поправки! Решение о приостановке публикации книг не было принято государством.

Эпитимью наложила на себя кампания Dr. Seuss Enterprises, обладающая правами на литературное наследие Доктора Зюсса! Добровольно сами себя выпороли, сами подсуетились в угоду входящей в моду войны с культурой, "Cancel Culture": "Прекращение продажи этих книг только частично отражает нашу решимость превратить каталог изданий Dr. Seuss Enterprises's в представительную организацию, поддерживающую все общины и семьи".

Вспоминаю посещение президентом Обамой и его супругой одной из начальных школ Америки: Барак Обама читал детишкам как раз вот эту вот, запрещённую сегодня книжку Доктора Зюсса "And I Think That I Saw It on Mulberry Street". До объявление войны американской культуре оставалось ещё шесть лет, и некому было подсказать первому чёрному президенту, что он читает школьникам расистскую книжку!

Но в 2019-ом году заботами левых товарищей, объявивших войну культурным традициям Запада, была опубликована "научная работа", утверждавшая, что добрый Доктор Зюсс, начиная с 1920-х годов занимался распространением расистских и антисемитских стереотипов (Journal "Research on Diversity in Youth Literature.") И вот сегодня борцы с культурой одержали первую победу над мёртвым писателем.

Увы, отвратительный этот факт нельзя назвать из ряда вон выходящим.

Вчера одна из замечательных виртуальных подруг прислала мне в личку сообщение, уведомляющее преподавателей частной музыкальной школы об изменениях в репертуаре для будущих музыкантов. "Две пьесы Дебюсси - Golliwogg's Cakewalk и Le Petit Negre - в дальнейшем должны быть исключены из нашего культурного и музыкального ландшафта. Мы должны сделать нашу школу [...] местом, где все ученики чувствуют поддержку, а обе эти пьесы несут отживший расовый посыл".

"Американцы сошли с ума!" - решит читатель. Велика печаль моя, дорогой читатель, частная музыкальная школа, о которой идёт речь, - русская.

Ну ладно, литература, изобразительные искусства, музыка - при очень большом желании можно если не обнаружить, то хотя бы придумать в произведении расистские тенденции. Но математика!?... Как? И математика тоже?

Естественно! Если вы удивлены, значит до сих пор не поняли, что удар направлен не на гуманитарные дисциплины, внезапно ставшие анти-гуманитарными. Война объявлена ВСЕЙ КУЛЬТУРЕ. Помните мем гитлеровских времён "арийская физика против еврейской"? Вот так же обстоят дела сегодня с изобличением порочности точных наук, в первую очередь математики.

MATHEMATICS ASSOCIATION DECLARES MATH IS RACIST!
"Математическая Ассоциация Америки в пятницу обнародовала заявление, декларирующее, что математики должны "принять участие в некомфортабельном разговоре о расе."

Ассоциация призывает к “pursuit of Justice" в математике!

"Время всем нашим профессионалам признать, что математика создана людьми и, следовательно, ей также присущи свойственныe людям погрешности. Пока мы не сделаем этих выводов, наше сообщество и наши студенты не смогут достичь своих полных потенциальных возможностей. Достижение потенциала в математике зависит от участия академии и университетских кафедр в критическом, требовательном и не всегда комфортабельном разговоре об отрицательных эффектах в вопросах расы и расизма в математике. Пришло время сдвинуть математику и обучение математике в сторону равноправия".

Новости борьбы с культурным наследием Запада можно цитировать до второго пришествия.
Можно удивляться. Можно возмущаться. Можно смеяться.

Но я хочу сделать следующее короткое заявление от своего имени:

1. Пропагандируйте сколько угодно свою культуру, но НЕ СМЕЙТЕ отрицать моё право на культуру, которую я считаю своей, - от Бетховена и Ван Гога до Томаса Джефферсона и Георга Кантора.

2. Я считаю Cancel Culture проявлением расизма. Да, это reverse racism, но от этого вкус его не становится более приемлемым.

3. Я стар. Жизнь не оставила мне времени для борьбы с вашим новым расизмом. Но моё завещание детям и внукам - никогда не позволяйте внутреннему цензору ограничивать ваше право на свободу слова и свободу совести.
thought

АЛЕКСАНДР ГАЛИЧ:

Сердце мое заштопано
В серой пыли виски
Но я выбираю Свободу
И - свистите во все свистки!
И лопается терпенье
И тысячи три рубак
Вострят, словно финки, перья
Спускают с цепи собак
Брест и Унгены заперты
Дозоры и там, и тут
И все меня ждут на Западе
Но только напрасно ждут!
Я выбираю Свободу
Но не из боя, а в бой
Я выбираю свободу
Быть просто самим собой
И это моя Свобода
Нужны ли слова ясней?!
И это моя забота
Как мне поладить с ней!
Но слаще, чем ваши байки
Мне гордость моей беды
Свобода казенной пайки
Свобода глотка воды
Я выбираю Свободу
И пью с ней нынче на "ты"
Я выбираю свободу
Норильска и Воркуты
Где вновь огородной тяпкой
Над всходами пляшет кнут
Где пулею или тряпкой
Однажды мне рот заткнут
Но славно звенит дорога
И каждый приют - как храм
А пуля весит немного
Не больше, чем восемь грамм
Я выбираю Свободу
Пускай груба и ряба
А вы - валяйте, по капле
Выдавливайте раба!
По капле и есть по капле
Пользительно и хитро
По капле - это на Капри
А нам - подавай ведро!
А нам - подставляй корыто
И встанем по всей красе!
Не тайно, не шито-крыто
А чтоб любовались все!
Я выбираю Свободу
И знайте, - не я один!
И мне говорит "свобода"
Ну что ж, - говорит, - одевайтесь
И - пройдемте-ка, гражданин