Arthur Kalmeyer (art_of_arts) wrote,
Arthur Kalmeyer
art_of_arts

Categories:
  • Mood:

КОГДА НЕФТЬ ПОДЕШЕВЕЕТ? Часть 9.

Рано или поздно, нам придётся усесться за стол банкета последствий.
— Роберт Люис Стивенсон (1885)
К моменту прохождения пика нефтедобычи, в земле всё ещё будет оставаться огромное количество доступной для извлечения нефти – примерно столько же, сколько было выбрано с начала добычи в 1859 году до нынешних времён: по большинству оценок, около одного триллиона баррелей. Но каждый год после этого будет всё тяжелее находить и выкачивать из недр столько же нефти, сколько было добыто в предыдущем году.

Даже если усилия по нахождению альтернативных источников энергии будут очень успешными, эти успехи смогут технически осуществиться так нескоро, что за время, необходимое для перехода, обществу воленс-ноленс придётся обходиться гораздо меньшим количеством энергии для выполнения полезной работы – для нормального функционирования промышленности, для выращивания пищевых продуктов, для отопления жилищ и для транспорта.

За последние два века мы привыкли к режиму, при котором в каждый последующий год количество энергии, доступной человечеству, увеличивалось – и население тоже быстро росло, пользуясь внезапно свалившимся с неба из-под земли богатством. Мы привыкли полагаться на экономику, построенную в предположении того, что рост нормален и необходим, и что он может продолжаться вечно!

Входя в новейший период истории – переход от возрастающей энергии к убывающей – корабль человеческой цивилизации попадает в воды, для которых у нас нет мореходных карт. И всем нам, в большей или меньшей мере, необходимо приспособить своё мышление к неожиданности рифов, которыми грозит незнакомая реальность.

Часть 9. ВРЕМЯ ПЛАТИТЬ ПО СЧЕТАМ

Р. Хайнберг предлагает читателю провести следующий эксперимент. Отправляйтесь в центр города, где вы живёте, устройтесь поудобнее на скамейке, оглядитесь вокруг и задайте себе следующие вопросы: Где и как все эти люди, что кишат вокруг вас, используют энергию? Каковы формы используемой энергии, и какую работу выполняет эта энергия? Обратите внимание на характерные детали автомобилей, домов, автобусов, трамваев, на фонари городского освещения и проч.; заметьте, чем заняты люди. Кто эти люди? Каковы их профессии? Попробуйте проследовать мысленно вдоль паутины связей между энергией и работой, выполняемой людьми, подумайте о том, как поступает вода в дома, пища в магазины, откуда берётся тепло, подумайте о строительных площадках, о грузовиках, везущих издалека товары, об обслуживании городских систем – обо всём том, благодаря чему живёт ваш город.

Двадцать минут подобной медитации помогут вам лучше представить себе роль энергии в жизни города. Теперь попытайтесь представить себе, как изменится жизнь вашего города, если уменьшить количество потребляемой энергии на 10%. От чего придётся отказаться? Какие нелёгкие решения придётся принять окружающим? Без каких работ и специальностей можно будет обойтись? Чем станут заниматься все люди, занятия которых будут сочтены не абсолютно необходимыми?

Теперь представьте себе, что недостаток энергии составит 25%. Или 50%. Или 75%...

Мне особенно хотелось бы, чтобы этот мысленный эксперимент поставили на себе те уверенные в собственной принадлежности к "золотому миллиарду людей" программисты, учёные и журналисты, которые в комментариях к предыдущим разделам этого повествования походя отмечали, что да, жаль, конечно, если планета потеряет значительную часть населения, но уж им-то самим ничего не грозит: они обладают особой ценностью.

Предполагая, что пик мировой энергодобычи приходится на некий период между 2006 и 2015 годом, и что за прохождением пика последует ежегодно двухпроцентное снижение доступной энергии, ваша медитация послужит разумной моделью для путешествия в будущее, ну, скажем, в год 2050.

Конечно, это упражнение вносит элемент спекулятивного прогнозирования (чего мы с вами старались тщательно избегать в предшествующих обсуждениях), но без этого не обойтись, если мы хотим попытаться экстраполировать сегодняшнее знание в ближайшее будущее. Если мы с вами будем основываться на накопленном сегодня знании и представим себе, как существующий “тренд” отзовётся на возможных вариантах трансформации реальности, наши рассуждения могут оказаться полезным инструментом для принятия решений каждым из нас, и следовательно, нашими странами.

Прогнозы не являются точной наукой (кто сомневается, поспрошайте профессиональных метеорологов), но всё же некоторые сценарии представляются мне более вероятными, чем другие. Вы, каждый, сможете сами поучаствовать в обсуждении сценариев, касающихся переходу к 2050-му году своих стран. Но хотелось бы, чтобы эти комментарии основывались на понимании того, как эпохи избытка энергии сформировали развитие ваших обществ в прошлом, а не на материале, вычитанном в последней сенсации Комсомольской Правды. Или услышанном на CNN…

Никому из живущих не дано будет избежать того, чтобы стать частью грандиозных изменений, ожидающих человечество в ближайшем будущем (я в этом смысле нахожусь в привилегированном положении, благодаря моему возрасту ;).

Поскольку сдвиг будет происходить постепенно, неверно предполагать, что всё сказанное ниже, произойдёт одновременно, в один и тот же момент. Но думаю, события будут развиваться достаточно быстро, и лавина может достичь вашего места жительства в течение следующих двух десятилетий, в некоторых случаях – через несколько лет.

Индустриальная цивилизация – чрезвычайно сложная штуковина, в которой взаимосвязанными оказываются вроде бы далёкие один от другого элементы конструкции. Поэтому вряд ли справедливо представлять себе, будто можно отдельно обсуждать события в экономике, финансах, сельском хозяйстве, транспорте или любой другой области. В целях систематического изложения мы организуем материал по темам, но вы будете иметь в виду, что если потянуть за одну ниточку, непременно потянется весь клубок, ОК?

Photobucket

ЭКОНОМИКА – ФИЗИЧЕСКАЯ И ФИНАНСОВАЯ

Тривиальность: энергия – это способность выполнения работы. Чем меньше энергии, тем меньше можно выполнить работы. В прошлый раз мы говорили о том, что попытки увеличить энергоэффективность подчиняются закону diminished returns, то-есть в конечном счёте достигается точка, за которой уменьшение доступной энергии неизбежно приводит к снижению экономической активности.

Действующая в наших обществах финансовая система была создана в период постоянного роста доступной энергии, в предположении того, что бесконечный экономический рост является одновременно гарантированным и желательным. Эта идеология роста нашла полное воплощение в системе организации финансов, управляющих сегодняшними экономическими структурами, именно поэтому они требуют роста! Главная из черт этой идеологии – сложный процент на капитал (то, что по-английски называют interest).

Допустим вы положили $100 на банковский счёт, приносящий 6% интереса, и оставили там эти деньги для своих детей/внуков. После первого года на счету будет лежать $106, после второго – $112.30. После двенадцати лет ваш вклад удвоится, а через сто лет он вырастет до $33930. К сожалению, сложный процент интересa на долг работает точно таким же образом: если вы возьмёте ссуду в $100 под 6% интереса и не сможете выплачивать этот долг, с течением времени ваш долг будет возрастать в той же пропорции.

Сегодня все страны пользуются системой финансовых расчётов, при которой практически все деньги появляются (создаются!) через посредство механизма ссуд (loans). Почти все существующие деньги представляют собой долг. Для людей, плохо знакомых с банковской системой, это утверждение представляется неправдоподобным преувеличением, в которое трудно поверить. Да, читатель, деньги – это не физическая субстанция, хранящаяся в сейфах банкиров, а бухгалтерская фикция, существующая в долговых бумагах и сотворённая в момент подписания их вами – одалживающими “деньги”!

С учётом сказанного, резонно задать вопрос: откуда взять деньги для выплаты интереса на ссуду? Как ни крути, в конечном счёте средства на выплату долга могут поступать только за счёт создания новых долгов, взятых на себя какими-то другими людьми или организациями в финансовой сети экономики. Если никто не будет брать новых ссуд, первое следствие очевидно: где-то в пределах банковской системы кому-то не хватит денег для выплаты интереса на взятую им в долг сумму, в результате чего он обанкротится.

Таким образом, непрерывный рост оказался feature, встроенной в структуру современной финансовой машины. Система работает успешнее всего тогда, когда приток создаваемых долговых обязательств удерживается на низком, постоянном уровне. Обязанностью и главной заботой национальных банков (Federal Reserve Bank в Штатах, Bank of Canada в Канаде, Bank of England в UK) как раз и является – следить, чтобы приток “денег” был постоянным и не превосходил некоторого оптимального уровня, регулируя этот процесс с помощью изменения процента интереса.

Если создание “денег” (то-есть новых долговых обязательств) происходит слишком быстро – быстрее, чем рост продукции и потребление продуктов и услуг – тогда возникает угроза “инфляции”: деньги теряют свою покупательную способность, что очень плохо для одалживающих, поскольку выплачиваемые деньги стоят гораздо меньше, чем деньги, которые они одалживали. Если никто не одалживает денег, это означает, что процесс создания денег остановился, или по крайней мере недостаточен, чтобы покрыть рост производимых товаров и услуг; в этом случае в системе возникает дефицит “денег” для выплаты существующих долгов (с интересом), следствием чего является цепная реакция банкротств и продаж имущества с молотка (foreclosures), которая в экстремальных случаях может вылиться в каскад следующих одна за другой акций банковского каннибализма. Эту беду называют “дефляцией” – она выражается в росте покупательной способности денег... которых днём с огнём не найти.

До сего времени обществу удавалось успешно поддерживать связь между финансовой системой, основанной на перманентном росте денежного потока, и физической экономикой, которая росла год за годом за счёт роста дешёвой энергии и прочих ресурсов (было, правда, несколько сбоев, вроде Великой Депрессии). Продуктивность производства – величина выработки продукта за рабочий час – росла гигантскими шагами. Имейте в виду: это происходило не потому, что рабочий тяжелее трудился, а потому, что рабочий для выполнения своих заданий получал контроль над всё большим количеством энергии. Продуктивность, общий уровень экономической активности, народонаселение и приток денег – все эти параметры росли параллельно, так что если и возникали какие-то флуктуации, то в приемлемых границах и ненадолго.

При невозможности поддержания роста энергопотребления ситуация должна внезапно измениться.

Физическая экономика будущего, основанная на уменьшающемся уровне энергии, будет характеризоваться прежде всего уменьшением продуктивности. При желании в этом можно увидеть и нечто положительное: часть работы, выполняемая человеческой мускульной энергией, возрастёт, заменив таким образом часть энергии, черпаемой сегодня за счёт сжигания ископаемых топлив. Теоретически это могло бы привести даже к нулевой безработице.

Однако банковская система лишена возможности рационольно реагировать на подобные перемены. Со снижением уровня физической экономической активности, бизнесы будут брать меньше ссуд. Можно с уверенностью предсказать, что в результате разразится финансовый кризис, который безусловно подорвёт любые попытки организовать переход к пост-нефтяной экономике.

Кризисы возможны даже в финансовых системах с изобилием энергии, сырья и трудовых ресурсов (так случилось в 1930-х годах). Может ли случиться так, что финансовая система останется здоровой несмотря на снижение активности в физической экономике, вызванное истощением энергоресурсов? К сожалению, ответ – весьма маловероятно, потому что финансовая система напрямую зависит от одалживания денег, чтобы финансировать активность физической экономики. Наоборот, существует очень большая вероятность того, что упадок количества доступной энергии рано или поздно вызовет финансовый кризис из-за снижения спроса на товары и услуги, и, следовательно, снижения запросов на ссуды, необходимые для развития и деятельности производств, производящих эти товары и услуги.

Поэтому, невзирая на избыточное предложение рабочей силы, которая могла бы заменить работу сжигающих нефть механизмов, финансовая система вряд ли сможет достаточно быстро приспособиться, чтобы предоставить работу потенциальным рабочим.

Поэтому переходной период скорее всего вызовет серьёзные кризисные сдвиги в финансовой системе и в связанной с ним человеческой/физической экономике. Этот кризис не будет локализованным явлением, поразившим лишь главные индустриальные страны: во-первых потому, что банковские системы всех стран основаны на создании “денег” с помощью сложного интереса, но и потому что они все взаимосвязаны системой взаимных расчётов, долгов и выплат. Пострадают и страны-импортёры, и страны-экспортёры нефти.

Точную форму, которую примут указанные сдвиги, трудно предсказать наперёд. Многое зависит от местных условий различных стран. Некоторые из них могут попытаться принять меры по реанимации финансовых институтов с помощью искусственного дыхания – правительства могут начать создавать долги, скорее всего для вкачивания средств в военные авантюры. Такое массивное, инфляционное одалживание может наводнить рынки деньгами, теряющими ценность с такой скоростью, что они станут бесполезными клочками бумаги. С другой стороны, если не предпринять достаточно быстро инфляционных усилий в тот момент, когда они нужны для предупреждения коллапса, убывающий уровень долгов может привести к полному исчезновению денег из экономики – с последующим монстром дефляции: как во времена Великой Депрессии, небольшое количество денег будет обладать гигантской покупательной способностью, но этих денег будет совершенно недостаточно для нормального функционирования экономики.

Вполне возможно, что переходной период (несколько десятилетий, трудно предсказать, сколько) охарактеризуется последовательно сменяющими друг друга волнами инфляции и дефляции, а эпизоды финансовой устойчивости будут кратковременными – из-за отсутствия стабильной связи между деньгами и энергией.

Продолжающийся рост народонаселения, даже при сниженных темпах роста, будет действовать дополнительным дестабилизирующим фактором, вносящим напряжённость в систему и ухудшающим условия для выздоровления и роста экономики.

Кто пострадает в первую очередь? Скорее всего бедных ударит сильнее – и в пределах отдельных наций, и в смысле бедных стран. Не исключено, что богатые и сильные страны попытаются завладеть энергетическими ресурсами более бедных (скорее всего с помощью финансовых махинаций, менее вероятно – с помощью прямых военных захватов). Но эти шаги никого не спасут: рано или поздно кладовые опустеют, и все окажутся у разбитого корыта.

В течение всего переходного периода определённый уровень роскоши будет доступен высшему кругу лиц в большинстве стран. Но, вне зависимости от финансовой обстановки (инфляционной или дефляционной), почти все действительно полезные предметы станут гораздо более дорогими – потому что энергия, необходимая для их изготовления будет становиться всё более драгоценной редкостью.

ТРАНСПОРТ

Личный автомобиль – самый нефтепотребляющий способ передвижения из всех изобретенных человеком. И не только из-за того, что он напрямую пьёт топливо (недозагруженный автобус, пассажирский самолёт или поезд может расходовать больше топлива на пассажиро-милю), а из-за энергии, идущей на изготовление множества индивидуальных деталей, требующих замены каждые несколько лет. В США приходится по 775 личных автомобилей на каждую тысячу населения, включая детей – и многие страны, которые раньше сопротивлялись избыточному потреблению (Китай, например), вступили на путь глупого подражания американскому автомобильному роману.

Увеличение числа автомобилевладельцев меняет формы городского развития и структуру размещения жилых массивов, и там, где подобные изменения врастают в быт страны, последствия пост-нефтяной эры будут иметь разрушительный эффект.

Да, с течением времени начнут выпускаться в продажу более энергоэффективные модели автомобилей, включая гибридные и использующие водородные двигатели. Но неустанное давление экономики, в которой недостаёт топлива, в конце концов приведёт к тому, что в мире будет производиться всё меньше и меньше автомашин. Они станут по карману только самым богатым. Мировой парк автомобилей постепенно будет стареть и сокращаться по мере выхода из строя старых машин. Хотите заглянуть в год 2050-ый? Посетите Кубу, в которой всё ещё кряхтят форды и плимуты выпуска 1950-х – потому что новых не производят.

В двадцатом веке были построены миллионы милей дорог и хайвэев – дань богу автомобильного траффика – и на это были ухлопаны непредставимые уму суммы денег. К примеру, система фривэев Лос-Анджелеса обошлась налогоплательщикам в среднем по 127 миллионов долларов за милю. Только в 1995-ом году местные, штатные и федеральные власти США потратили 80 миллиардов долларов на дороги и хайвэи. Невероятный праздник строительства дорог в прошлом веке, затмивший собой все чудеса древнего мира, был возможен только благодаря дешевизне нефти. Асфальт использует огромные количества нефтепродуктов, дорожные машины сжигают в своих цилиндрах продукты переработки нефти. В течение последующих десятилетий строительство автодорог сперва замедлится, потом прекратится насовсем, после чего существующие дороги постепенно придут в негодность, поскольку даже усилия на их ремонт превзойдут то, что смогут позволить себе страны, борющиеся за выживание в задыхающемся без энергии мире.

Страны с развитыми системами общественного транспорта – трамваями, автобусами, метро и поездами – окажутся в переходный период в гораздо более выгодном положении, чем те, которые целиком полагались на личный автотранспорт. Уже сегодня пользователи массовых транзитных средств тратят на транспортные расходы где-то между $200 и $2000 в год – существенно меньше, чем тратят владельцы личных автомобилей. При полной загрузке, массовые транзитные системы потребляют гораздо меньше энергии, чем автомобили. В книжке, озаглавленной "Разведись со своей машиной!: Конец любовного романа с автомобилем", Кэти Алворд пишет: "В то время, как автомобиль тратит 5000 BTU на пассажиро-милю, трамвай с 19 пассажирами тратит около 2300, а автобус, перевозящий то же самое количество людей, – всего 1000 BTU."

Однако создание инфраструктуры систем масс-транзита само по себе требует значительных энергозатрат, и страны вроде США, где развитие массового транспорта сдерживалось в пользу личных автомобилей, обнаружат, что с течением времени им будет всё тяжелее находить энергию, необходимую для перехода на более экономные средства передвижения.

Современные самолёты используют в качестве топлива высооктановый керосин – продукт нефтеперегонки. Единственной мыслимой заменой керосину для авиации мог бы послужить водород. Этот переносчик энергии имеет некоторые достоинства по сравнению с керосином, но создаёт ещё больше серьёзных проблем. Водород содержит в три раза больше энергии на единицу веса, чем керосин, и это значит, что самолёт может нести лишь треть нынешнего запаса горючего; oднако низкая плотность водородного топлива потребовала бы полностью перепроектировать конструкцию авиационных баков горючего – их объём был бы громаден. Чтобы снизить объем топливных баков, придётся хранить водород в них в жидкой форме, что потребует средств по снижению температуры до минус 423 градусов Фаренгейта (-253°С). Всё равно, даже в жидком виде объём водорода в 12 раз превысит объем керосина, соответственно, в 12 раз должен возрасти объём баков. Кроме того, чтобы обеспечить такие низкие температуры горючего в течение всего путешествия, потребуется дополнительный расход энергии (что ещё более увеличит потребность в горючем), а также значительная теплоизоляция , увеличивающая вес самолёта.

Инженерам придётся решить вопросы, связанные с полным перепроектированием самолётных турбин, чтобы эффективно сжигать новое топливо. NASA экспериментировала с самолётами, работающими на водороде в 1950-х и 1960-х годах, когда испытывалась модель бомбардировщика В-57, частично использовавшая водородное топливо. Бывший Советский Союз тоже экспериментировал с попытками использования водорода, заменив одну из турбин пассажирского ТУ-154 двигателем, работавшим на водороде. В настоящее время NASA проводит исследования возможностей самолёта, полностью работающего на водороде. Но сегодня нет ни одной модели, которая годилась бы в качестве коммерческой альтернативы для замены работающих на керосине самолётов новыми, сжигающими водород. И вряд ли можно ожидать появления таких моделей в течение по крайней мере следующих 20 лет. Принимая во внимание трудности, связанные с массовым производством водорода в объёмах, необходимых для полной замены нефтепроизводных, можно заключить, что ближайшее будущее воздушных путешествий не оставляет надежд на оптимизм. Полёты на самолётах станут чрезмерно дорогими, и к концу 21-го века только самые богатые люди смогут позволить себе воздушные путешествия. Кто не успел воспользоваться самолётом для того, чтобы посмотреть мир, торопитесь. Гражданская авиация как массовое средство путешествий умрёт. Всё авиационное горючее, которое удастся наскрести, будет предназначено для военного использования.

Экономике островных стран или, скажем, Гавайев, живущих за счёт туризма, будет нанесен тяжёлый удар.

Но самый тяжёлый удар нанесёт нефтяной кризис той стороне экономики, которая полностью зависит от избытка транспортного топлива: доставка товаров будет всё чаще прерываться нехватками горючего. С 1980 по 2000 год резкое увеличение глобального обмена товарами и сырьём достигло огромного объёма, и сегодня товары доставляются к потребителю в любую точку земного шара, невзирая на расстояния, что привело к региональной специализации и пресловутой глобализации. По мере того, как транспортные топлива будут становиться дефицитом, мир неминуемо переживёт возврат к местным производствам предметов необходимости для местного населения. Реверс глобализации будет проходить отнюдь не безболезненно: гарантированы тяжёлые рецидивы, поскольку во многих странах местные предприятия были разрушены каннибализмом глобальной экономики. Например, сегодня в США не осталось никаких предприятий по производству обуви. Строительство таких производств с нуля потребует не только существенных денежных затрат, но, что самое важное, – существенных затрат энергии...
* * * * * * * * *
Я напишу в следующих разделах о перспективах трансформации таких сфер человеческой жизни, как сельское хозяйство, доступность пищевых продуктов, отопление и охлаждение, о проблемах окружающей среды, здравоохранения, информационных технологий, и остановлюсь на любимой теме всех русскоговорящих предсказателей будущего – на вопросах политики, социальных движений геополитических перспектив и конкурентной борьбы за обладание энергоресурсами.

Сейчас я потрачу оставшийся объём отведенного LJ пространства для того, чтобы привести для вашего размышления информацию, касающуюся сравнения данных за 2006 год с научно-предсказанными трендами, определяющими состояние разных стран в 2050 году (графики взяты из исследования Пола Чефурки).

Начну с главных потребителей энергии – США, Китая, Индии:

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Вот два графика, которые должны бы заставить призадуматься даже самых заядлых верующих в незлокачественность роста народонаселения планеты (если их в принципе можно заставить задуматься). Первый график показывает изменения следующих параметров: прироста народонаселения в мире, GDP (произведенного общественного продукта) и энергопотребления за два различных пятидесятилетних периода – с 1950 по 2000 и с 2000 по 2050 (prospect). Лиловым показан процент прироста народонаселения, жёлтым – процент прироста производства продукта на одного человека, малиновым – отношение энергии к GDP, и голубым – количество доступной энергии.

Photobucket

Следующий график показывает, как изменится реальный доход населения планеты при переходе от 2006 к 2050 году. Два левых столбика (синий – 2006 год, красный – 2050 год) показывают, как на планете изменится количество людей с доходом менее $3000 в год. Два правых столбика – как изменится количество людей с доходом свыше $3000 в год.

Photobucket

Ну, ладно, спросит вконец запутанный читатель, а всё же, какие страны выйдут из этой беды победителями, а каким будет, мягко говоря, совсем неважно?

Вот две таблицы из того же источника. В первой предсказаны судьбы "победителей" (судите сами, насколько мало подходит название победителей для перечисленных здесь государств):

Photobucket

Во второй таблице – предсказание изменений для бедных стран.

Photobucket

Вопросы для читателей из бывшего CCCР.
Основываясь на данных этих таблиц, каково ваше предсказание судеб России, Украины и Белоруссии:
      1. Для начального периода обогащения России и обнищания Украины и Белоруссии. Произойдёт ли слияние братских народов в Империю Старшего Брата?
      2. Для периода, когда наступит исчерпание Россией её углеводородных запасов. Какая участь постигнет братски слившиеся народы?
      3. Думаете ли вы, что Россия воспользуется свалившимся на неё изобилием для вкладывания средств в развитие альтернативных энергоисточников или для развития своего военного потенциала?
      4. Согласны ли вы с пословицей древнего китайского мудреца “Негодному правителю для успешного царствования нужны две вещи: глупый народ и сильная армия”?


Приложение из исследования Пола Чефурки:
The conclusion is straightforward. By 2050 well over half the world's population will be desperately, abjectly poor, and even the rich will find themselves living in constrained circumstances. Just at the time when foreign aid is most desperately needed, the nations that will be called on to supply it will find themselves less able to deliver. The implications for life and death in the poverty-stricken regions of the world are dire indeed.

Current statistics from The World Bank ( http://web.worldbank.org/WBSITE/EXTERNAL/TOPICS/EXTPOVERTY/0,,menuPK:336998%7EpagePK:149018%7EpiPK:149093%7EtheSitePK:336992,00.html ) indicate that over a billion people today live on a single dollar a day - the total number of people I identified above as comprising the poor of 2006. The growth in that population, coupled with the drop in per capita GDP, implies that several times times that number will be desperately poor in 2050 - perhaps as many as 4 billion. According to the same source, about half the world's population today lives on less than $2 a day. If the scenario developed in this article is close to being true, the coming demographic and economic earthquake could leave over 6 billion people - the size of today's entire global population - trying to survive on such a pittance. The social consequences of such a shift are literally unimaginable.

So far, these articles have examined only the impact of energy and demographics on the global economic picture. Complicating factors which have not yet been addressed include: geopolitical upheavals (primarily economic migrations and the threat of increased resource wars); the effect of impoverishment on the food supply of the growing ranks of the destitute; and the underlying drumbeat of ecological damage heralded by the droughts and floods of climate change, the loss of soil fertility and ground water supplies and the death of the oceans. The prospects for the Earth's poor are not likely to improve as we progress though this analysis.


Продолжение следует
Tags: компиляция, размышления
Subscribe

  • ВРЕМЯ ЖИТЬ

    В детстве дни длятся бесконечно долго. Вот, к примеру, лужа - сколько неизведанных возможностей она в себе таит! Можно разглядывать, как блестят…

  • ЛИГУРИЯ

    Июнь, Вернацца. Бархатная ночь Простёрла крылья над уютной бухтой, И диск луны, как лимончелло, мутной, Торопит облака убраться прочь. Стихает…

  • Я БЫЛ

    Зачем люди фотографируют сами себя? Для чего художник пишет автопортрет? Что мы ожидаем увидеть, взглянув на себя со стороны? Что хотели бы спрятать…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 392 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • ВРЕМЯ ЖИТЬ

    В детстве дни длятся бесконечно долго. Вот, к примеру, лужа - сколько неизведанных возможностей она в себе таит! Можно разглядывать, как блестят…

  • ЛИГУРИЯ

    Июнь, Вернацца. Бархатная ночь Простёрла крылья над уютной бухтой, И диск луны, как лимончелло, мутной, Торопит облака убраться прочь. Стихает…

  • Я БЫЛ

    Зачем люди фотографируют сами себя? Для чего художник пишет автопортрет? Что мы ожидаем увидеть, взглянув на себя со стороны? Что хотели бы спрятать…